<<
>>

Спортивная медиакоммуникация: формальные признаки, структура, функционирование, методология

В настоящее время спортивная медиакоммуникация представляет собой целостную систему. Основание нашего предположения уже заложено в самом понятии «система» (от греч. - целое, составленное из частей; соединение), которое трактуется следующим образом - «это множество элементов, находящихся в отношениях и связях друг с другом, которое образует определённую целостность, единство»[104].

К тому же деятельность любой системы изначально предполагает достижение обусловленных целей, а также определение «планируемых» и «итоговых» результатов внутренней и внешней деятельности. Соответственно сам процесс взаимодействия элементов в самой системе, а в нашем случае - в спортивной медиакоммуникации, не хаотичен, а строго подчинен определенным «правилам», которые могут быть выявлены с помощью системного анализа (системного подхода). Данный вид анализа является на сегодняшний день одним из основных методов исследования.

В последнее время этот подход активно используется не только в технических и экономических науках, но и в гуманитарных научных исследованиях, включая журналистику. Это объясняется тем, что системный анализ позволяет рассмотреть выбранный объект (в нашем случае спортивную коммуникацию) как некую организационную систему, состоящую из компонентов, а также выявить проявляющиеся здесь закономерности и взаимосвязи на различных уровнях. Таким образом системный анализ позволяет установить не только целостность самой системы, но и значение каждого действующего элемента. В системе может проявляться переход участников с второстепенной позиции на главную, и наоборот, такой переход меняет ролевые значения «субъект - объект», «объект - субъект». При этом на ведущей субъектной позиции могут оказаться сразу несколько участников коммуникативного процесса. В рамках системного подхода автором данной работы современная спортивная медиакоммуникация определяется как сложная, разветвленная область научного познания.

Основные принципы системного анализа - это «целостность (система - единое целое); структуризация (наличие структуры взаимосвязанных элементов); множественность (для анализа могут быть использованы различные модели); иерархичность (подчинение в структуре)»[105]. Как отмечает Я. Корнаи, все эти свойства подчинены объединительной системной парадигме. Ее сущность состоит в следующем[106]:

• предпочтения, характерные для относительно самостоятельных частей и элементов системы (например, индивидов), присущи системе в целом. Если система меняется, меняются и предпочтения;

• система может развиваться как по законам собственной эволюции, так и под влиянием административных решений;

• любая система имеет характерные только для нее недостатки;

• количественные, иногда и качественные свойства одной системы сравниваются с соответствующими свойствами других.

В свою очередь, эти критерии являются формальными признаками в изучении любой системы, включая спортивную коммуникацию. При этом каждый из обозначенных признаков будут проанализированы далее.

Целостность - один из основных признаков спортивной

коммуникации. Ее понятие в науках определяется по-разному. Например, согласно определению, представленному в философском словаре, «.. .понятие «целостность» выражает интегрированность, самодостаточность, автономность этих объектов, их противопоставленность окружению, связанную с их внутренней активностью; оно характеризует их качественное своеобразие, обусловленное присущими им специфическими закономерностями функционирования и развития»[107].

В то же время, как указывает доктор философских наук Г. А. Кондратова, «сопоставление представления о целостности с системным подходом позволяет дать предварительное определение целостного подхода как способа познания, онтологически ориентированного на наличие в бытии сверхструктурного начала, которое обусловливает становление и развитие системной действительности»[108]. Кроме того, в одном случае целостность имеет отождествление с понятием «система», в другом выступает как самостоятельная категория.

Все зависит от теоретического осмысления и избранного подхода исследования.

Тем не менее, несмотря на полярность мнений в этом вопросе, категория «целостность» дает фундамент для понимания изучаемой коммуникации как системы. Свойством целостности обладают любые системы. Она способствует объединению «составных частей», из которых складывается сама коммуникация. Ведущими компонентами целостности являются создающиеся в системе - среда (сфера) деятельности; объекты, субъекты, входящие в нее и их непосредственная деятельность; а также процессы, раскрывающие особенности формирования и развития самой системы.

Среди представленных компонентов, в первую очередь, остановимся на среде деятельности. При частом употреблении термина «среда деятельности» он является неоднозначным понятием, потому что среди ученых до сих пор нет общего мнения в его трактовке. Кроме того, «среда деятельности» практически никогда не рассматривалась в качестве ведущего элемента в рамках коммуникативистики. Хотя именно в специализированных (тематических) коммуникациях, например таких, как спортивная медиакоммуникация, она имеет решающее значение, потому что помогает понять всю инфраструктуру происходящего в этой сфере процесса. Поэтому автор диссертации предлагает следующую дефиницию понятия: Среда деятельности в рамках коммуникативистики - это совокупность организационных подсистем, условий и факторов, слагающих и окружающих ту или иную коммуникацию, обеспечивающую ее функционирование и развитие, в то же время оказывающих на деятельность самой коммуникации значительное влияние. В нашем случае среда деятельности спортивной коммуникации - это инфраструктура, складывающаяся, прежде всего, из взаимоотношений спорта и журналистики. Она во многом способствует управлению процессов и формированию спортивной коммуникации как системы.

Тем не менее можно отметить и то, что целостность в коммуникации зависит не только от активности самой среды, но и от «энергичности» каждого действующего здесь элемента. Такими элементами могут быть субъекты и объекты.

В общих понятиях коммуникативистики субъект (от лат. subjectus - лежащий внизу) обозначает носителя познания и предметно-практической деятельности (индивидов, социальных групп, общественных институтов)[109]. Другими словами, это источник активности, действия, направленный на объект. Изначально субъект занят «производственной» деятельностью[110]. Ее основу составляют осознанные и неосознанные побуждения, мотивы. Общение между субъектами нельзя рассматривать лишь как отправление информации некоторой передающей системой или как простой прием информации. Здесь мы имеем дело с отношениями двух индивидов (в медиакоммуникации индивид выступает как личность, как представитель группы, общества), каждый из которых является активным субъектом: взаимное информирование предполагает налаживание совместной деятельности[111].

Каждый участник коммуникативного процесса проявляет заинтересованность в своем партнере, который предстает как субъект, а не объект. Отсюда следует, что при направленности информации субъект ориентируется не только на свои собственные цели, мотивы, установки, но и учитывает интересы второго участника коммуникативного процесса. При этом любой из субъектов может выступать как носитель активности. Таким образом, в самом процессе взаимоотношений субъектов возникает цепочка взаимосвязанных коммуникативных действий, обусловленная разнообразными факторами, среди которых:

• вход субъекта в коммуникативную ситуацию;

• ориентация в ситуации;

• выбор другого субъекта (субъектов) для возможного взаимодействия;

• выявление характеристик «партнера» (его состояние, готовность к взаимодействию, стимулирование и предполагаемые реакции);

• коммуникативное воздействие на «партнера»;

• оценка свершенной деятельности.

Вне зависимости от характера ситуации субъектами, вступившими в контакт, преследуются следующие цели:

1. сообщение определенных смыслов;

2. получение смысла при взаимодействии каждой из сторон;

3. формирование социальных позиций, оценок по отношению к каждому из выделяемых субъектов.

Все представленные характеристики способствуют пониманию деятельности субъектов коммуникаций, в том числе и в отдельно взятой коммуникации, выступающей как целостное образование.

В спортивной медиакоммуникации действующими субъектами могут быть спортсмен, тренер, спортивная или журналистская организация, журналист, эксперт, представитель аудитории, а также деятель одного из действующих социальных институтов (например, политики, экономики, медицины, культуры и т. д.).

Несмотря на то что субъект в спортивной коммуникации занимает ведущую позицию, для нас важно определение значимости объекта в этой системе. В философском энциклопедическом словаре представлено следующее определение: «Объект (позднелат. objectum - предмет, от лат. objicio - бросаю вперёд, противопоставляю) - то, что противостоит субъекту в его предметно-практической и познавательной деятельности. Объект не просто тождествен объективной реальности, а выступает как такая её часть, которая находится во взаимодействии с субъектом, причём само выделение объекта познания осуществляется при помощи форм практической и познавательной деятельности, выработанных обществом и отражающих свойства объективной реальности»[112]. Объект может иметь «живую» (включая отдельные персоны, социальные группы, социальные институты, отдельные организации и т. д.) или предметную (определенный предмет изучения, связанный с научной, производственной, общественной, досуговой деятельностью) сущность.

В медиакоммуникации в качестве объекта обычно выступает аудитория. По своей сути это неоднородный, сложноструктурированный объект, на которого направлен весь поток медиаинформации. Характеризуя этот процесс, московский профессор Л. Н. Федотова выделяет следующие признаки[113]:

• Сообщения СМК достигают миллионов людей одновременно или в пределах очень небольших временных отрезков.

• Сообщения СМК адресуются аудитории как массе, совокупности людей, опираясь на объединяющий, а не на разъединяющий их фактор.

• По содержанию массовая информация предназначена, как правило, не для профессионалов.

• Включённость аудитории в процесс общения с СМК не является обязательной.

Тем не менее автор диссертации заостряет внимание и на том, что таковы только общие тенденции. Однако в реальном функционировании средств массовой коммуникации имеют место процессы индивидуализации потребления информации, мотивированный «интересом» выбор определённых информационных каналов, адаптация характеристик каналов для разных групп аудитории и т. п., но, в целом, общий подход к аудитории выглядит именно так.

Стоит заметить, что выступая как объект, аудитория обычно пассивна, т. е. она воспринимает практически все, что ей предлагают СМИ, без вступления в прямой контакт с каналами массмедиа (т.е. только просмотр, прочтение, прослушивание предлагаемой спортивной информации). Однако часть аудитории может проявить активность и вступить во взаимодействие с субъектом или даже заменить его, т.е. сама стать субъектом. Эта тенденция прослеживается и в спортивной медиакоммуникации, когда определенное количество читателей, зрителей, слушателей становятся информаторами спортивных событий.

Что касается процессов, происходящих в коммуникации, то они могут предстать в двух видах: статичном и динамичном. Статичность заключается в определении свойств отдельно взятого элемента, его места, функций и отношений в данной системе. Динамичность означает, что влияние на один (или несколько) элементов системы обязательно вызывает изменение в самой системе коммуникации. При активном действии эти процессы могут

несколько видоизменить саму коммуникацию, например, прибавить новых участников коммуникативного процесса, или убрать определенное звено в цепочке взаимодействий, однако целостность системы при этом сохраняется.

Резюмируя вышесказанное, можно отметить, что спортивная медиакоммуникация, как и любая коммуникация, подвержена влиянию внешней среды. Кроме того, на нее могут воздействовать и различные внутренние факторы, которые могут в какой-то мере разрушить саму систему. Тем не менее спортивная медиакоммуникация представляет собой достаточно устойчивую систему, обладающую цельностью благодаря стабильной среды деятельности, основанной на взаимоотношениях спорта и журналистики, четком взаимодействии между объектами и субъектами.

Стоит отметить, что целостность системы вовсе не означает, что спортивная коммуникация есть монолитная система. В ней, как и в других тематических коммуникациях, выделяются определенные классификации, уровни (этапы), тем самым ярко проявляется следующий формальный признак - структуризация. Алгоритмы, по которым идет деление на уровни и группы в структуре той или иной коммуникации, могут быть различны. Многое зависит от авторского (субъективного) подхода, используемого исследователем в рамках выбранной научной темы (проблемы), так как именно он выбирает «отправные компоненты» для формирования «своих» классификаций, периодов развития, функциональных особенностей и других структурообразующих элементов. Впрочем, само разнообразие вариантов вызывает определенные проблемы. Так, томские исследователи А. М. Кориков, С. Н. Павлов отмечают: «Большинство классификаций являются произвольными (эмпирическими), то есть их авторами просто перечисляются некоторые виды систем, существенные с точки зрения решаемых задач, а вопросы о принципах выбора признаков (оснований) деления систем и полноте классификации при этом даже не ставятся»[114]. Тем не менее можно

отметить, что некоторым специалистам удается разработать уникальные системы, которые впоследствии становятся классическими.

Выделение уровней помогает выявить и понять происходящие закономерности, тенденции в коммуникации, позволяет установить связи, отношения между различными акторами, включая порядок взаимодействия объектов и субъектов, тем самым придавая спортивной медиакоммуникации связанную целостность. При этом сами компоненты систем могут характеризоваться как монокомпоненты (один элемент, одно отношение) и поликомпоненты (много свойств, много элементов, много отношений).

В качестве отправных алгоритмов также могут быть использованы не только связи, но и этапы самого спортивного события от его подготовки («зарождения») до его окончания (включая подведение итогов). Кроме того, в качестве исходных элементов могут рассматриваться и периоды создания журналистского произведения, раскрывающие особенности спорта. В целом же классификация (система соподчиненных классов объектов[115]) дает возможность выделить ведущие и второстепенные группы акторов, систематизировать сам процесс. Поэтому для выделения уровней и классификации участников коммуникативного акта в качестве структурных элементов спортивной медиакоммуникации автором диссертации были взяты такие поликомпоненты, как организация системы, субъекты (участники) и процесс взаимодействия.

Организация системы включает в себя несколько подсистем (институциональная, коммуникативная, функциональная), которые являются базовыми алгоритмами в исследуемой коммуникации. Институциональная подсистема - это своего рода конструктивная основа любой коммуникативной системы. Поэтому рассмотрим ее подробнее остальных. Согласно выказыванию зарубежных исследователей П. Бергера и Т. Лукмана, «институционализация имеет место везде, где осуществляется взаимная типизация опривыченных действий деятелями разного рода»[116]. Эти же ученые утверждают, что «отдельный институт - это объективированная человеческая деятельность. Сам институт типизирует как индивидуальных деятелей, так и индивидуальные действия. Объективированные значения институциональной деятельности воспринимаются как “знание” и передаются в качестве такового. Некоторая часть этого знания считается релевантной для всех, другая - лишь для определенных типов людей»[117] [118].

В рамках отечественной науки есть более упрощенные определения, к примеру, предложенные доктором социологических наук С. Г. Кирдиной. В статье «Институциональная структура современной России: эволюционная модернизация» автор пишет: «Институты понимаются как устойчивые, постоянно воспроизводящиеся социальные, правовые, экономические и другие отношения, которые, собственно говоря, и структурируют

-5

общественную жизнь» . Нас в первую очередь интересуют «социальные институты». Стоит отметить, что в современных исследованиях

употребляется в самых разных значениях. По мнению социолога В. И. Кравченко, их значение чаще всего связано с характеристикой всякого рода упорядочения, формализации и стандартизации общественных связей и отношений[119]. Автор данной диссертации предлагает рассматривать их как сферы и виды деятельности общества, включая политические,

производственные, культурные, образовательные, научные и др.

В научных трудах существует несколько классификаций, дающих возможность понять, что такое «социальный институт». К примеру, исследователь Е. А. Коростелева, в зависимости от возможности действий и выполняемых ими функций, такие институты подразделяет на[120]:

а) реляционные - определяющие ролевую структуру общества в системе отношений;

б) регулятивные, определяющие допустимые рамки независимых по отношению к нормам общества действий во имя личных целей и санкции, карающие за выход за эти рамки (сюда относятся все механизмы социального контроля);

в) культурные, связанные с идеологией, религией, искусством и т.д.;

г) интегративные, связанные с социальными ролями, ответственными за обеспечение интересов социальной общности как целого.

Независимо от своего предназначения каждый подобный институт обладает определенными признаками[121]:

1) наличием цели своей деятельности;

2) конкретными функциями, обеспечивающими достижение этой цели;

3) набором социальных позиций и ролей, действующих в рамках данного института.

Несмотря на стабильное положение многих социальных институтов, имеющихся в обществе, здесь постоянно формируются новые. Это происходит по двум причинам. Первая из них - постоянные трансформации уже существующих институтов. Благодаря модификациям выделяются новые направления, которые порой переходят в ранг самостоятельную «организацию» со своим структурным наполнением. В этом случае прочный фундамент их развития закладывается благодаря влиянию устойчивых сфер деятельности и науки, имеющих богатую историю развития. Стоит отметить, что в образовании одного «нового» института может участвовать ни одна сфера или направление в науке, а сразу несколько. Соответственно им свойственен междисциплинарный подход.

Вторая причина появления новых социальных институтов - это развитие самого общества и влияние различных факторов, включая, к примеру, инновации, научно-технический прогресс, создание «искусственной» среды и т. д. Такие институты в дальнейшем сами становятся основой для порождения следующих. Тем не менее может происходить и «обратный эффект», когда при «зарождении» новых институциональных структур «старые» могут исчезнуть практически навсегда.

Для нас более приемлем первый вариант, так как зарождения спортивной медиакоммуникации произошло именно таким способом. В настоящее время можно аргументировано утверждать, что изучаемая коммуникация формируется и развивается под влиянием следующих научных дисциплин: спорта, журналистики, коммуникативистики,

экономики, политологии, культурологии, социологии, психологии, лингвистики, информациологии, истории и др. Каждое из этих направлений может рассматриваться как отдельный социальный институт, который оказывает свое влияние на спортивную медиакоммуникацию и позволяет образовывать самостоятельные «организации». К таким институтам относятся: «спортивная журналистика», «спортивный дискурс», «психология спорта», «социология спорта» и т. д. Поэтому в процессе формирования нового научного направления важно понимание его связи с внешней средой (влияние спортивной коммуникации на другие научные направления) и «обратной связи» (влияние разных наук на спортивную

медиакоммуникацию).

Именно институциональный подход помогает выделить в изучаемой коммуникации ведущую группу институтов, которые «диктуют» основные правила, нормативы, коммуникативные связи. По своим свойствам все они относятся к социальным институтам.

В первую очередь это касается журналистики, которая в рассматриваемой коммуникации выделяется как один из основополагающих институтов, наряду со спортом. То, что она является институтом, доказывается в научных исследованиях многих теоретиков. К примеру, об этом упоминается в работах Л. П. Аполлоновой, Е. Д. Дмитриева, И. М. Дзялошинского, В. Л. Иваницкого, Н. Б. Кирилловой, О. В. Коноваловой, С. Г. Корконосенко, В. А. Сидорова, М. Г. Шилиной и др.[122].

Каждый из них имеет свою точку зрения на данный вопрос, при этом использует и «свой» индивидуальный термин в понимании самой журналистики как социального института. Например, Е. Д. Дмитриев отмечает, что «с конца XVIII века журналистика становится многомерным социально-экономическим явлением, которое может рассматриваться: как институт общества, как система специальных знаний, как совокупность средств и приемов массовой информации, как профессиональная деятельность и как элемент политической системы»[123].

Чаще всего исследователи рассматривают ее через первоначальное значение, т. е. через концепт «журналистика», но нередко в определениях используются и синонимы. В частности, такие, как: СМИ (средства массовой информации); СМК (средства массовой коммуникации); массмедиа, пресса. Стоит отметить, что последние два значения в исследуемом вопросе употребляются реже остальных. В частности, представитель санкт- петербургской школы теории журналистики В. А. Сидоров пишет: «СМИ - относительно обособленный институт, функционирующий по присущим ему специфическим законам, а его сотрудники имеют корпоративные (социальные и профессиональные) интересы, которые институт СМИ и составляющие его структурные элементы способны отстаивать с разной вероятностью успеха. Следовательно, в данном варианте основную проблематику можно обозначить как способность института СМИ поддерживать оптимальные условия своего функционирования»[124].

Тем не менее существуют случаи, когда все вышеназванные дефиниции могут выступать как самостоятельные структуры (социальные институты), входящие в систему журналистики. Это подтверждает в своих трудах московский исследователь И. М. Дзялошинский. В одной из своих статей он отмечает, что «СМИ как социальный институт задают журналистике нормативные установки, правила профессионального поведения, которые устанавливаются на основе определенных принципов и носят характер закона, а также реализуют стимулирующую, а иногда принудительную функции (через запреты, разрешения, обязательства и пр.)»[125].

Необходимо отметить и то, что некоторые подструктурные элементы, составляющие, в частности, основу СМИ, также могут рассматриваться как отдельный социальный институт. К примеру, таковым может считаться каждый из существующих медиаканалов (печать, радио, телевидение, Интернет). Об этом упоминает Л. П. Аполлонова в работе «Журналистика

-5

как социальный институт» . Сюда можно отнести и информационные агентства, PR и рекламу. Однако в рамках формирования институализации спортивной медиакоммуникации они выполняют только вспомогательные функции, основная роль все же принадлежит самой журналистике.

Другой социальный институт, действующий в образовании изучаемой медиакоммуникации, - спорт. Определяя его основное предназначение в функционировании данной системы, стоит отметить, что спорт как явление зародился намного раньше журналистики. Обоснованием этого тезиса может служить то, что отдельные виды спорта были известны, еще со времен Древнего Египта, Древней Греции и Древнего Рима. Однако официальный статус спорт как сфера деятельности, получил только к концу XIX века. В России отношение к спорту было разным, но понимание его как полноценного социального института было определено только в начале 1970­х гг. известным теоретиком спорта Н. И. Пономаревым. Акцентируя внимание на эту тему, он писал: «Спорт - социальный институт воспитания, имеющий характер игровой физической деятельности, связанной с сопоставлением уровня развития физических и духовных способностей»[126].

В настоящее время исследователи дают различные определения этому явлению. К примеру, доктор социологических наук В. Д. Паначев в своих научных работах отмечает, что «спорт представляет собой особый социальный институт и отвечает основным требованиям институализации: выполняет четко определенные социальные функции (оздоровительную, воспитательную, образовательную и т.д.); имеет развитую инфраструктуру и материальную базу (стадионы, спортивные залы, оздоровительные центры и

Л

т.д.); ведет активную подготовку профессиональных кадров . При всей четко выраженной функциональности такой подход позволяет увидеть только «внутренние» стороны развития спорта как института. Причиной этого является то, что вышеназванный автор определяет спорт только как составную часть физической культуры, исторически сложившуюся в форме соревновательной деятельности и специальной практики подготовки человека к соревнованиям, включая сферу гармонизации естественно­природного и социально-преобразующего в человеке, как уникальную область целостно-ориентированного разрешения постоянных противоречий

двигательной деятельности личности[127]. Соответственно, область понимания спорта как социального института в этом случае несколько ограничивается.

Другой теоретик спорта В. Н. Супиков расширяет границы деятельности изучаемого института и предлагает свою точку зрения на данный вопрос. Она заключается в том, что «социально-экономические основания института спорта - сложная система, где пересекаются сфера чистой социальной политики и активности государства и сфера чистого коммерческого сектора, сфера услуг и сфера бизнеса»[128] [129]. Тем не менее и здесь возникают трудности: автор концентрирует внимание только на двух внешних факторах, помогающих развиваться спорту - политику и экономику. Безусловно, взаимодействие этих трех структур приводит к определенному консенсусу, однако понимание прямого предназначения спорта остается в стороне.

Более полное понимание спорта как социального института представляет в своих работах московский профессор В. И. Столяров. В частности, в статье «Спорт, устойчивое развитие и культура мира» он пишет: «В настоящее время спорт выступает как социальная система, социальный институт и социальное движение, которые оказывают мощное воздействие практически на все слои и сферы современного общества, современной культуры, включает в свою орбиту образование, политику, экономику, технику, науку, искусство, средства массовой информации, сферу досуга и т. д.» . Это определение значительно расширяет представление о деятельности спорта как системы и во многом доказывает его способность - не только развиваться как полифункциональная система в результате плодотворного сотрудничества со многими существующими в современном обществе социальными институтами, но и иметь на их развитие частичное влияние.

При этом сама степень такого влияния может быть разной. В одном случае - минимальной, в другом - достигать максимума. Последний вариант можно наблюдать в изучаемой спортивной медиакоммуникации, когда спорт как социальный институт является одним из основных факторов ее функционирования.

Третий институт - это само общество, которое изначально не только формирует и способствует развитию первых двух социальных институтов, но и представляет мнение и интересы аудитории СМИ (включая интересы спортивной аудитории). Общество - многозначное понятие и трактуется как «объединение людей, имеющее закрепленную совместную территорию, общие культурные ценности и социальные нормы, характеризуемые осознанной социокультурной идентичностью ее членов»[130]. В самом широком смысле общество означает обособившуюся от природы часть материального мира, совокупность исторически сложившихся форм совместной деятельности людей - социум. Однако, исходя из контекста данной работы, нас в большей степени интересует не все общество в целом, а только его часть, а точнее «гражданское общество». Как пишет исследователь В. А. Васильев, «оно представляет собой совокупность неполитических отношений и социальных образований (групп, коллективов), объединенных специфическими интересами (экономическими, этническими, культурными и т. д.), реализуемыми вне сферы деятельности властно-государственных структур и позволяющими контролировать действия государственной машины»[131]. Здесь преобладают не вертикальные, а горизонтальные (партнерские) отношения, что соответствует отношениям, складывающимся в массовых коммуникациях. В то же время, как отмечают специалисты, «.. .основой функционирования такого общества является не просто создание определенного поля (пространства) реализации частных интересов,

формально-юридически независимого от государственной власти, но достижение высокого уровня самоорганизации, саморегуляции общества»[132].

На базе этих положений можно смело рассматривать аудиторию СМИ как часть гражданского общества. Это частично подтверждает в работе «Журналистика как творчество» и профессор В. Ф. Олешко. Он отмечает: «С одной стороны, определенные качества аудитории детерминированы социально-экономической и политической структурой общества, и с этой точки зрения она является специфическим социальным образованием. С другой стороны, она формируется, существует и развивается только в рамках процесса массовой коммуникации на базе особого рода деятельности - потреблении и восприятии материалов и сообщений СМИ, что позволяет определить аудиторию как специфическую социально-коммуникативную общность»[133]. Нам интересна только часть аудитории, представляющая спортивную аудиторию. В ее состав входят не только читатели, зрители, слушатели, пользователи, но спортивные болельщики, предпочитающие смотреть спорт «вживую» на стадионах. Характер спортивной аудитории соответствует принципам открытого общества. Согласно позиции британского социолога К. Поппера, «открытое общество - тип общества, характеризующийся динамичной социальной структурой, высокой мобильностью, способностью к инновациям, критицизмом, индивидуализмом и демократической плюралистической идеологией» .

Таким образом, доказано, что активизация институциональной подсистемы спортивной медиакоммуникации напрямую зависит от деятельности трех основных социальных институтов: журналистики, спорта и общества, включая и группы, входящих в них «внутренних» институтов (особенно в журналистике). Каждый из них участвует в этом процессе как равноправный участник. В то же время можно заметить, что на рассматриваемую коммуникацию имеют влияние и другие институты (в частности, политика, экономика, бизнес, искусство, образование, шоу- индустрия и т. д.), но их роль в данном процессе во многом второстепенна, по сравнению с тремя вышеуказанными институтами.

Организация спортивной медиакоммуникации как системы, помимо институциональной, зависит от понимания еще двух подсистем: коммуникативной и функциональной.

Коммуникативная подсистема представляет собой совокупность отношений, возникающих в процессе функционирования спортивной коммуникации. В ее рамках идет формирование самой системы, а также выработка ориентаций и установок участников данного процесса с определением индивидуального и массового характера каждого из акторов. В данном случае она просто упоминается как основная, без подробного углубления в ее анализ. Главной причиной этого стало то, что понятия «коммуникация», «спортивная медиакоммуникация» и все, что с ними связано, были подробно рассмотрены в предыдущем разделе данной главы. Кроме того, некоторые аспекты, например, коммуникативные взаимоотношения между непосредственными участниками тех или иных коммуникативных актов, происходящих в рамках исследуемой медиакоммуникации, будут проанализированы далее.

Функциональная подсистема также имеет конструктивную основу наравне с остальными подсистемами, определяя комплексные задачи в исследуемой системе. Она складывается из совокупности тех ролей и функций, которые выполняются как отдельными институтами, субъектами, так и сформировавшимися в спортивной медиакоммуникации группами. Структурно-ролевое значение заключается в определении форм и направленности информационной деятельности; способов и методов осуществления передачи спортивной информации; средств воздействия на аудиторию, включая выработку «информационного» отношения к спорту;

частичное управление «информационным потоком» с выбором «ведущей спортивной информации»[134] [135] [136].

Рассматривая функциональные особенности спортивной медиакоммуникации, необходимо сказать, что здесь идет симбиоз функций, действующих в журналистике и спорте. Каждый из социальных институтов привносит в эту коммуникацию как «свои», так и «объединяющие» группы функций. К «своим» относятся функции, которые четко характеризуют особенности определенного научного направления. В частности, в спорте к таким можно отнести: оздоровительную, миротворческую,

преобразовательную, профилактическую, физического совершенствования личности, символическую и другие функции, характеризующие спорт как систему. Они выделены в работах Л. И. Лубышевой, М. Я. Виленского, Ю. А.

л

Лебедева, Л. А. Зеленова, В. И. Пономарева, В. И. Столярова и др. .

В теории журналистики также существует ряд «своих» функций. Традиционными для журналистики считаются функции, предложенные двумя ведущими школами: санкт-петербургской, (где представлена

-5

классификация С. Г. Корконосенко ) и московской, (основанная на систематизации Е. П. Прохорова[137]). При слиянии этих двух классификации, можно сказать, что базовыми функциями СМИ являются: производственно­экономическая, регулирующая, информационно-коммуникативная, духовно­идеологическая, культурно-образовательная, рекреативная, организаторская, рекламно-справочная.

К «объединяющим» функциям относятся те, которые могут характеризовать одновременно «спорт» и «журналистику» и считаться основными уже в рамках спортивной медиакоммуникации. На основании анализа различных подходов автор диссертации предлагает выделить ряд основных функций, характерных именно для изучаемой коммуникации. К ним относятся: производственная, коммуникативная, информационная,

аксиологическая (ценностно-ориентационная), культурная, зрелищная, нормативная, гносеологическая (познавательная) и семиотическая (знаковая) функции. Следовательно, можно сказать, что спортивная медиакоммуникация располагает более расширенным набором функций, по сравнению с журналистикой и спортом.

В целом можно отметить, что каждая из выделенных подсистем - институциональная, коммуникативная, функциональная - имеет свое значение в рамках спортивной медиакоммуникации и обладает всеми структурными свойствами.

Кроме обоснования свойств спортивной медиакоммуникации как системы, в рамках данного диссертационного исследования, важно понимание еще одной группы структурных элементов - субъектов (участников). На основе анализа деятельности субъектов может быть составлена своя классификация, которая даст возможность не только определить основные и второстепенные акторы в рассматриваемой коммуникации, но и понять внутреннюю и внешнюю «политику» их взаимоотношений. «Внутренняя структура» спортивной коммуникации представляет собой совокупность взаимодействующих здесь моно- и полисубъектов, обеспечивающих коммуникативный процесс, который происходит между отдельными участниками (включая традиционную цепочку «спортсмен - журналист - представитель аудитории»); организациями, которые могут делиться на уровне систем (например, спорт, СМИ, аудитория) или конкретных организаций (Олимпийский комитет, Союз журналистов России, пресс-служба спортивного клуба, редакция спортивного издания и т.д.), а также определенных групп, относящихся к спортивному движению (судейская бригада, группа фанатов, команда (спортсменов)) или каналу СМИ (редакция). В каждой из этих групп могут появляться свои дополнительные акторы, которые могут повлиять на освещение, подачу и восприятие спортивного события.

«Внешняя структура» образуется за счет воздействия на спортивную коммуникацию представителей других сфер (политики, экономики, культуры и т.д.), которые своими действиями значительно дополняют и расширяют границы исследуемой среды.

Кроме того, в качестве третьего структурного элемента спортивной медиакоммуникации может рассматриваться и сам процесс, состоящий из цепочек связей (взаимоотношений). Например, основой самой простой цепочки может послужить спортивное событие, которое дает повод для журналистской информации. Цепочка в этом случае будет начинаться от начала спортивного действия, затем переходить в его описание (представлении) в журналистском материале, и заканчиваться реакцией на данную публикацию (сюжет) аудитории. Необходимо учесть и то, что происходящие в спортивной медиакоммуникации связи и отношения могут иметь как направленно-упорядоченный, так и условно-хаотичный характер. Строгий порядок определяется четким взаимодействием между ведущими участниками спортивной коммуникации с распределением соответствующих «обязанностей» (спортсмен показывает спортивное действие, журналист описывает его, аудитория воспринимает информацию). То есть процесс происходит в рамках классической структуры.

Тем не менее при структурном взаимодействии элементов может наблюдаться и хаотичность, имеющая достаточно условный характер. Она обычно замечается в случае вмешательства в связку одного или нескольких вспомогательных акторов, которые, в некотором смысле, нарушают порядок взаимоотношений в стандартной схеме коммуникативных отношений, строящихся обычно на взаимодействии трех главных участниках процесса. В качестве примера можно привести влияние эксперта в области спорта, который своим действием или суждением может дать «новый поворот» или «новый взгляд» на то или иное спортивное событие и тем самым «разделить» аудиторию с точки зрения восприятия информации и выработки мнения на две, а то и на три части (третья часть возникает, когда представитель аудитории по поводу спортивного события имеет свое мнение, не совпадающее, ни со взглядом журналиста, ни с позицией эксперта), создав «ответвление» в классической схеме. При этом сама схема в целом не нарушается, а только получает дополнительные линии развития.

В то же время хаотичность может прослеживаться и в том случае, когда идет «перераспределение» обязанностей или выпадение кого-либо из участников коммуникативного процесса (в частности, когда спортсмен или фанат сам пишет о спортивном событии в своем блоге или социальных сетях, раскрывая авторскую (субъективную) точку зрения на прошедшее спортивное событие). В этом случае хаотичность имеет также условный характер, потому что сам информационный процесс, несмотря на «выпадение звена из цепочки», является законченным действием.

Таким образом, определяя такой важный признак, как структуризация в рамках спортивной медиакоммуникации, можно сказать, что исследуемая коммуникация обладает всеми структурными характеристиками, позволяющими ей полноценно функционировать, несмотря на некоторые недостатки в самой системе (в частности, неустойчивость в классификации, малоизученность стадий и уровней самого процесса, определение четких границ между внешней и внутренней структурой и т.д.).

Третий формальный признак, которым обладает спортивная медиакоммуникация. - это множественность. Она показывает, какие системные модели в этой структуре могут образовываться. В свою очередь, каждая выделяемая модель отражает определенные свойства исследуемой системы. Стоит уточнить, что в нашем случае мы рассматриваем лишь ряд основных моделей, которые присутствуют в спортивной коммуникации. В качестве основных параметров выступают предмет исследования и связь (взаимоотношения). Однако подробная детализация одной модели может породить ряд новых моделей.

На основе системного анализа в спортивной медиакоммуникации можно выделить, прежде всего, линейную и нелинейную модели. В основе линейной модели лежит схема, разработанная известным американским социологом Г. Лассуэлом (1948) и рассмотренная в предыдущем разделе. Среди множества нелинейных моделей коммуникации в рамках рассматриваемой нами темы ключевой может стать модель, предложенная Теодором Ньюкомбом (1953). Она имеет вид равностороннего треугольника, в котором к двум его углам - коммуниканту (А) и коммуникатору (В) - добавляется третья вершина треугольника (X), характеризующая социальную ситуацию (или контекст), в котором происходит акт коммуникации (рис.2)[138].

В нашем случае, в рамках спортивной коммуникации, вершиной треугольника может служить спортивное событие, дающее информационный повод для совершаемого коммуникативного акта. То, что в спортивной коммуникации может существовать и в какой-то степени преобладать нелинейная модель, доказывается и гносеологическим принципом оптимального познания, предложенным академиком А. Н. Колмогоровым: «В любой нелинейной системе заложена тенденция к эволюции, которая реализуется путем незначительных, мелких изменений при переходе от одного метастабильного состояния к другому»[139]. Это четко прослеживается в

исследуемой нами коммуникации, при этом эволюционные процессы наблюдаются здесь постоянно.

Кроме того, в качестве базовых компонентов коммуникативной модели можно взять и субъектно-объектные отношения, которые помогают выделить еще ряд моделей: субъектную, субъектно-объектную, объектно­

субъектную, объектную.

Из них в первую очередь нас интересует субъектная модель, дающая возможность качественно оценить роль каждого из выделяемых в спортивной медиакоммуникации элементов. Для осмысления специфики деятельности субъектов в рамках исследуемой «субъектной модели» используется универсальный, синтетический подход, основанный на трех позициях, дающих ответы на следующие принципиальные вопросы.

1. «Кто является субъектом?» и «Что представляет собой его персонифицированная сущность?».

2. На что направлена деятельность субъектов и где она осуществляется (внутри субъектной группы или вне ее)?

3. Как, каким образом осуществляется данная деятельность?

На основании исходных положений автор условно выделяет в исследуемой коммуникации четыре группы субъектов[140] (по типу их деятельности):

I группа включает в себя широкий круг участников спортивного движения, представителей здорового образа жизни (спортсмены, тренеры, представители федераций, спортивные судьи и т.д.), а также спортивные организации, чаще всего выступающие в роли создающих исходную информацию.

II группа. В нее входят СМИ, спортивные журналисты, представители пресс-служб, а также учредители и руководство (редакторы) массмедиа. Кроме того, это могут быть различные организации, представляющие интересы СМИ (редакции, медиагруппы, пресс-службы и т.д.)[141] [142]. В рамках коммуникации они выступают в роли коммуникаторов, передающих спортивную информацию.

III группа состоит из представителей спортивной аудитории и

соответствующих организаций (стихийных, на уровне толпы, и

организованных фанатских движений и других форм), представляющих собой адресатов, получающих спортивную информацию.

IV группа включает представителей иных сфер общества - это политики, спонсоры, инвесторы, экономисты, юристы, врачи и др., напрямую не связанные со спортом, но оказывающие влияние на его развитие.

Можно предположить, что каждая из выделенных субъектных групп имеет определенные характеристики и оказывает свое активное или пассивное воздействие на формирование спортивной медиакоммуникации. Любой субъект вступает в систему сложных взаимосвязей не только с потенциальным «партнером» из своей группы, но и оказывает влияние на деятельность субъектов соседних групп. Показательным в этом случае становится рассмотрение действий аудитории как субъекта. В журналистике аудитория (лат. auditorium; audire - «слушать»; auditor - «слушатель») - совокупность людей, тех, к кому обращаются СМИ, и кто воспринимает

л

обращенную к нему информацию . Исходя из типологии средств массовой информации, каждому медиаканалу соответствует своя аудиторная группа. В печатных СМИ - это читатели, на радио - радиослушатели, в рамках ТВ - телезрители, а в Интернет-журналистике - пользователи (реже читатели). Выступая как субъект, аудитория способна влиять на пространственно­временную константу спортивного события. Сегодня благодаря интернет­технологиям именно аудитория в какой-то степени «продлевает» интерес к тому или иному прошедшему спортивному действию и во многом решает, насколько долго оно будет событийным. Кроме того, именно от аудиторного фактора зависит рейтинг популярности того или иного спортивного издания, спортивной передачи или канала. Можно привести и другие примеры, характеризующие сущность каждого из субъектов, однако более подробно субъектная модель будет проанализирована в дальнейших разделах данной диссертации.

Субъектно-объектная модель является классической для многих направлений в науке, включая журналистику и спортивную медиакоммуникацию. Она описывает функционирование коммуникации через существование множественности групп субъектов (определяя их лидерами отношений) и групп объектов (находящихся в прямом или «номинальном» подчинении у субъектов). Одним из ведущих составляющих здесь является анализ характера субъектно-объектных взаимоотношений, складывающийся:

а) из «двойственности» некоторых элементов, связанной с переходом из одной группы в другую;

б) характеристики самого коммуникативного процесса.

Объектно-субъектная модель используется в массовых

коммуникациях намного реже, чем предыдущая. Представляя ее сущность, можно сказать, что, во-первых, объект своим информационным запросом или активными действиями заставляет субъекта обращать на себя внимание и учитывать предлагаемые мнения, пожелания. Во-вторых, она возникает, когда субъект сознательно уходит на «второстепенную» роль, выдвигая объект вперед, на «лидерские» позиции. Но при этом субъект строго контролирует ситуацию, ограничивая в какой-то степени действия объекта. В рамках спортивной медиакоммуникации примером такой модели могут служить взаимоотношения журналиста и спортивного болельщика во время интервью или комментария. При общении журналист дает возможность болельщику высказаться по поводу предстоящего или прошедшего

спортивного события, но при публикации полученная информация обрабатывается или сокращается.

В то же время интересна и семантическая объектная модель, которая очень редко рассматривается в гуманитарных исследованиях, хотя именно по своей природе она ближе всех остальных к филологическим наукам, включая журналистику. Эта модель предложена американцем Д. Кренке в 1988 г. и строится на концепциях, разработанных и опубликованных Е. Коддом, М. Хаммером и Д. Мак-Леодом[143]. Д. Кренке утверждает: «Семантический объект - это объект, который в определенной степени моделирует смысл пользовательских данных»[144] [145]. В нашем случае в качестве таких пользовательских данных может служить как спортивная информация, базы данных о спорте, так и слухи. В качестве объекта в спортивной коммуникации, как и системе всей журналистики, нередко выступает аудитория, являющаяся «замыкающим» звеном в рассматриваемой цепочке «событие - коммуникатор - аудитория». Выступая как объект, аудитория подвергается информационному воздействию массмедиа без включения в

-5

«обратную связь» . Она использует СМИ в основном инструментально, как необходимый источник для постановки задач и определения целей в мире непосредственных практик. В этом случае идет осознанный выбор канала, но неосознанный прием потока «нужной» и «ненужной» информации. Социальные установки спортивной аудитории как объекта взаимодействия возникают при наличии определенных потребностей группы людей и информации, предназначенной для удовлетворения этих потребностей. Основными потребностями аудитории в этом случае становятся:

• потребности, связанные с объектом и целью взаимодействия, т.е. определяемые групповой деятельностью;

• потребности познавательного плана;

• потребности социального плана, связанные с интересами общества или человека как члена общества;

• потребности личностные, не имеющие непосредственной связи с

самим СМИ: самоутвердиться в своем мнении (отличном от

журналистского);

• потребность в лидере, т.е. потребность в том, кому можно подражать, кого слушать;

• потребность в коллективном эмоциональном контакте (поделиться с родственниками, друзьями, коллегами о прочитанном, увиденном).

Можно сказать, что аудитория, выступая как объект в рамках спортивной медиакоммуникации, является пассивным потребителем спортивной информации.

Кроме вышеуказанных моделей, основанных в большей степени, на системном анализе, в системе спортивной коммуникации за ключевую основу можно взять и другие критерии, в частности пространственно - временной континуум, который характеризуется формированием, развитием и трансформацией той или иной системы в определенный период времени и в рамках ограниченного пространства (континент, страна, регион, край, область, город и т. д.). Например, согласно исследованиям московского специалиста Е. А. Слюсаренко, каждый этап развития спортивной журналистики в России соответствует одноименным моделям: партнерской (до 1917 г.), инструментальной (1917-1990 гг.) и коммерческой (1990-е гг.)1.

Партнерская модель. Она сформировалась, как считает исследователь, в середине XIX - начале XX в., когда происходили становление популяризации спорта в российском обществе и появление первых

спортивных публикаций и специализированных изданий. Однако, как отмечает автор, «тогда не были еще заданы взаимоотношения массовых коммуникаций и спорта, неоднозначно воспринимался сам институт спортивной деятельности»[146]. Название данной модели является спорным, потому что партнерские отношения между спортом и журналистикой только зарождались. Лишь в начале XX в. они стали более-менее стабильными, а это всего 15 лет из 75, характеризующие данный период времени.

Инструментальная модель характерна для советского периода. Как считает Е. А. Слюсаренко, тоталитарный (коммунистический) режим сильно повлиял на развитие отечественной спортивной журналистики в худшую сторону. Он пишет: «СМИ стали частью партийно-государственных

структур, мощным идеологическим механизмом. Произошло коренное изменение обязанностей и места массовых коммуникаций в обществе, их основных функций и, как следствие, формы отношений спортивных массовых коммуникаций и спорта»[147]. Тем не менее эта модель, по мнению автора диссертации, также не совсем соответствует истинному положению дел, так как те или иные происходящие исторические события способствуют пониманию различных сторон развития систем (включая массовые коммуникации), как положительных, так и отрицательных. Именно «отрицательный» опыт (хотя «советский» период нельзя однозначно считать таковым) помогает вскрыть и понять проблемные стороны формирования коммуникаций в рамках различных общественно-государственных систем, существовавших или действующих в пределах той или иной страны. Поэтому его нельзя изначально критиковать и рассматривать только с негативных позиций.

Коммерческая модель сформировалась благодаря произошедшим переменам в общественно-политической жизни России в 1990-е гг. Главным

принципом ее развития стало то, что «средства массовой коммуникации в ее рамках рассматриваются как равноправный субъект спортивного рынка, чья главная функция - способствовать реализации продуктов отрасли»1. Этот тип модели не соответствует действительности. Особенно хорошо это прослеживается на примере региональной и местной прессы, где многие спортивные издания, теле-, радиопрограммы до сих пор не являются коммерческим продуктом, так как созданы при поддержке спортивных организаций (особенно корпоративные издания) или по инициативе частных лиц (к примеру, предприимчивой группой болельщиков или спортсменов).

В целом такой признак, как множественность, подтверждает версию о том, что в одной и той же системе (в нашем случае - спортивной медиакоммуникации) могут существовать сразу несколько типов моделей. При этом появляется четкое подразделение на главные и второстепенные модели. Но возникает закономерный вопрос: «Какие из существующих моделей становятся ведущими?». Многое зависит от авторского подхода к исследованию коммуникативных систем и их характеристик. В рамках данной диссертации, раскрывающей особенности спортивной медиакоммуникации, базовой становится субъектная модель.

Четвертым формальным признаком спортивной коммуникации является иерархичность, представляющая собой сложную систему, в состав которой входят: субъект как управляющий элемент, объект (субъект) как

подчиняющий элемент. Их взаимодействия основаны на прямой связи (в очень редких случаях - на обратной). Следовательно, можно отметить, что иерархичность строится на таком элементе, как «управление», который способствует упорядоченности действий субъектов в зависимости от их ранга, статуса и возможностей. Такая позиция обусловливается, во-первых, тем, что само понятие «управление» в научных трудах нередко связано с рассмотрением действий коммуникатора. В частности, исследователь

социальных коммуникаций А. В. Соколов пишет: «Управление -

коммуникационное действие, когда ведущий субъект рассматривает реципиента[148] как средство достижения своих целей, как объект управления»[149] [150]. Во-вторых, тем, что определяется статусность тех или иных участников коммуникации, которая проявляется как внутри одной субъектной группы, так и между акторами «взаимодействующих» групп. В этом случае уже верно другое определение управления, предложенное британским кибернетиком Э. С. Биром: «Управление - функция системы, направленная на выживание этой системы посредством координации, организации, упорядочения элементов данной системы как между собой (внутри себя), так

~ ~ 3

и с внешней средой» .

В спортивной медиакоммуникации ведущим субъектом может стать любой из трех главных акторов (представитель спортивного движения, журналист или представитель аудитории). В зависимости от ситуации именно им определяются тактика и стратегия, применяемые в коммуникативном процессе. Здесь проявляется преобладание таких качественных характеристик, как: влияние, предупреждение, совет,

внушение, убеждение, заражение, концентрация внимания, давление. В свою очередь, они делятся на «мягкие» и «жесткие» методы воздействия.

К «мягким» методам относятся советы, убеждения, выраженные во встречах спортивных деятелей с аудиторией. Это объясняется тем, что, к примеру, убеждение всегда является попыткой социального воздействия и выражает намерение личности или группы модифицировать или произвести некоторое изменение другой личности или группы[151]. В то же время метод убеждения способствует разъяснению норм поведения, установленных, сложившихся традиций в спорте. В рамках журналистики применяется единственный способ - убеждение словом. Эти методы способствуют наиболее активному вовлечению в сферу физической культуры и спорта широких слоев населения. Во многом их активизация происходит благодаря СМИ. Также с их помощью возрастает ценность физической культуры и спорта в системе современного общества.

К «жестким» методам относятся внушение (суггестия), заражение. В первом случае аудитории внушается, что «спорт - это здорово! спорт - это хорошо!», но мало говорится об «обратной стороне медали», которая заключается, в частности, в большом травматизме спортсменов, психологической нагрузке или применению допинга (сегодня без допинговых скандалов не обходится, ни одно крупное соревнование), и других отрицательных факторах, существующих в спорте. «Заражение» характеризуется эмоциональным накалом и в некоторых случаях агрессивностью. Оно может стихийно возникать в массах болельщиков на стадионах, где его источником служит напряженная обстановка, вызванная накалом борьбы или не совсем адекватными действиями спортсменов.

Иерархичность может порождать и скрытые формы воздействия между субъектами. В частности, это выражается в том, что, освещая те или иные виды спорта, СМИ осознанно помогают их развитию и популяризации: чем больше пишут и говорят о ком-либо виде спорта, тем больше обращают на него внимание государственные и коммерческие структуры, а значит, оказывается экономическая поддержка, выражающаяся в материальной и финансовой помощи спортсменам. Еще одним примером скрытого фактора можно назвать «давление» представителей СМИ (особенно мировых телекомпаний) на спортивных деятелей по поводу изменений в спорте (расписаний соревнований, некоторых правил и привычных установок) в свою пользу. В качестве примера можно привести известную ситуацию на XXIV Летних Олимпийских Играх (Сеул, 1988), когда по заказу американской телекомпании NBC программа легкоатлетических состязаний составлялась так, чтобы сделать их прямую трансляцию максимально удобной для телезрителей США[152].

В целом же, на основании вышеприведенных примеров, можно сказать, что иерархичность в какой-то степени нарушает «близкие», партнерские отношения между субъектами, которые изначально свойственны участникам любой коммуникации, включая спортивную. Здесь с помощью категории «управление» четко прослеживается следующий фактор: ведущий субъект может не только координировать действия с выбором тех или иных информационных технологий, но и подчинять себе объект (ведомый субъект), а также в некоторых случаях формировать к нему новое отношение, которое, в свою очередь, меняет некоторые характеристики объекта. Поэтому можно утверждать, что именно ведущий субъект, благодаря «грамотному» управлению, в большей степени оказывает влияние на результаты деятельности самой системы. Однако при констатации всей явной лидерской сущности субъекта в рамках управления можно согласиться и со следующим высказыванием, предложенным И. В. Муравьевым: «Управление в

социальных системах есть процесс организации целенаправленного информационного взаимодействия субъектов и объекта управления, направленного на обеспечение согласованной реализации общественно значимых целей и достижение социально значимых результатов»[153].

Вместе с тем на сегодняшний день это утверждение является не совсем точным, так как «управление», а точнее «подчинение», в спортивной медиакоммуникации, происходит не только благодаря статустности отдельных акторов, но и ранжированием, выстраиванием «в ряд» существующих здесь уровней, как в подсистемах - от нижней «ступени» к высшей, - так и в системе в целом. Иерархичность уровней в системе позволяет, с одной стороны, ставить перед ней выполнение различных целей и задач, а с другой - контролировать процесс деятельности каждого входящего в нее института, «разбивая» в нем подсистемные уровни взаимодействия (высшие, средние, нижние). Если рассматривать выполнение управленческих функций по классической схеме, то на высших уровнях происходят формирование программных целей и полный (в некоторых случаях, частичный) контроль, на средних - передача информации на нижние уровни и координация действий между верхними и нижними уровнями, на нижних - реализация конкретных заданий. Такое положение дел доказывают в своих работах и некоторые теоретики: «В процессе иерархичности все уровни деятельности согласуются друг с другом так, что нижестоящий уровень подчиняется вышестоящему, а состояние (принимаемые решения, цели, промежуточные и конечные результаты) процесса на вышестоящем уровне обязательно при определении состояний на нижестоящем»[154]. В этом случае прослеживается следующая закономерность: «Характер указанного взаимоподчинения подсистем определяется характером взаимоподчинения выполняемых ими в рамках системы функций и фиксируется в виде комплекса специфических системных связей»[155]. Тем самым доказывается, что иерархичность в любой системе изначально вертикальна.

Подсистемные уровни взаимодействия в спортивной медиакоммуникации хорошо прослеживаются в рамках территориальной и ведомственной иерархии. Территориальная иерархия больше основана на деятельности отдельных социальных институтов (спорта, СМИ), функционирующих в данной коммуникации, и выражается в частичном или полном подчинении от низшего уровня к высшему. Наглядно эта тенденция проявляется в «институте спорта», на примере спортивных организаций, когда районные и городские (низший уровень) подчиняются областным (краевым, республиканским), те, в свою очередь, - региональным (средний уровень), региональные - федеральным, федеральные, в какой-то степени, -

международным (высший уровень). То же самое касается и статуса соревнований, начиная от проведения районных и городских соревнований и заканчивая Олимпийскими Играми. Стоит заметить, это в большей степени относится к «официальному» спорту, где рассматриваемая иерархия сохранилась еще с советских времен. Но из этого правила есть исключение, когда некоторые любительские соревнования проводятся на одном из выделенных уровней, особенно это касается низшего и среднего уровня (дворовые, районные, городские, а также областные, краевые, республиканские). Они могут быть представлены в одном статусе, например только городские, без перехода по цепочке «районные - городские - областные (краевые) - региональные», или в пределах одного подуровня, в частности, «низшего». Пример: «районные соревнования - сельские

спортивные игры»; «корпоративные спортивные соревнования» («организации - холдинг»).

В рамках СМИ в настоящее время территориальная иерархия прослеживается в меньшей степени, если ее рассматривать с позиций спортивной журналистики. Это объясняется тем, что многие из местных спортивных массмедиа обладают достаточной степенью независимости, выходя только в пределах своего региона (района, города, области, края, республики). К примеру, журнал «Стадион» (Краснодар), газета «Костромской спорт, туризм и отдых» (Кострома), журнал «Спорт-18: туризм, здоровье, отдых» (Удмуртия), газета «Спорт на Енисее» (Красноярск), журнал «Спорт-Регион» (Тюмень) и др.

Тем не менее есть ряд изданий, программ, которые находятся в прямом подчинении центра. Это в большей степени касается спортивных местных приложений к федеральным печатным СМИ (включая спортивные рубрики в общественно-политических газетах), содержание которых согласовывается с главными редакциями, находящимися в Москве. Например, практически все материалы региональных приложений газеты

«Советский спорт»[156] координируются в центральной редакции. То же самое можно наблюдать при согласовании местных спортивных рубрик с главной редакцией газеты «Аргументы и факты».

На основании вышесказанного можно сделать вывод о том, что сегодня территориальное подчинение наиболее ярко выражено в спорте, чем в журналистике. Это объясняется тем, что в спортивной системе в целом еще сохранена «советская» иерархия подчинения.

Ведомственная иерархия заключается в строгом подчинении ведомственных структур друг другу от низшей ступени к высшей. В спорте это может проявляться в трех направлениях: массовый спорт, спорт высших достижений, профессиональный спорт. В массовом спорте иерархия выражена слабо. В лучшем случае она проявляется на одноуровней цепочке отношений «спортсмен (команда) - городская (районная, областная, краевая) федерация». Дальше она практически распространения не имеет.

Спорт высших достижений имеет в России многоступенчатую структуру иерархии начиная от спортивных школ, команд, федераций и заканчивая Министерством спорта Российской Федерации. Подробная структура иерархии в рамках спорта представлена на рис.3[157].

Рис.3.

Как видно на схеме, в состав управленческой цепочки входят не только спортивные организации, но и структуры, влияющие на развитие спорта, - это правительственные организации и СМИ. При этом они находятся в разной степени подчинения. Правительственные организации представлены в роли «управленцев» спорта, а массмедиа - только в подчинении. Однако, как показывает практика, СМИ (особенно мировые телекомпании) могут находиться и в верхнем ряду, влияя на развитие спорта в плане раскрытия его эстетической и коммерческой стороны, а также внося изменения некоторых правил в тех или иных видах спорта.

Профессиональный спорт[158] изначально выстроен на «независимости» спортсменов (команд). Однако и здесь есть подчиненность спортивным профессиональным федерациям, ассоциациям или коммерческим организациям.

В спортивной журналистике ведомственная иерархия выражена двумя способами. Во-первых, «прямое» подчинение, которое может наблюдаться внутри одного медиаканала на уровне «спортивный отдел - главная редакция». Такая соподчиненность не зависит от того, является само СМИ спортивным (по тематике, специализации) или нет. А также «внешнее» - представленное подчинением «регион - центр», когда общероссийские редакции диктуют «определенные» условия в опубликовании медиатекстов в местных вкладках (приложениях) или контролируют деятельность региональных изданий, каналов в плане раскрытия спортивной темы. К примеру, такое подчинение ярко выражено в некоторых спортивных передачах, входящих в рамках местных «вставок» в основную программную сетку центральных теле-, радиоканалов. В частности, это демонстрируют местные спортивные программы на каналах ВГТРК («Россия 1», «Россия 2», «Россия 24», «Радио Россия», «Маяк» и др.). Их эфир не «свободен», а строго регламентирован по времени, именно исходя из сетки вещания федеральных каналов. В некоторых случаях оговорено даже содержание программ, сюжетов. В частности, это относится к представлению соревнований, проводимых под спонсорством других СМИ. К примеру, проводимый постоянно в Томске турнир ТВ-2[159] по зимнему футболу имени А. Абасова, коллеги с ГТРК «Томск», называют в эфире, как угодно - «зимний турнир», «соревнования по зимнему футболу», но только не «турнир ТВ-2».

Во-вторых, массмедиа, особенно печатные издания, подвержены «смежному» подчинению: «спортивная организация - СМИ», где спортивная организация выступает учредителем (создателем) тех или иных газет, журналов, программ (телеканалов). Например, Департамент по молодежной политике, физической культуре и спорту Администрации Томской области выпускает газету «Спорт в Томской области»; футбольный клуб «Рубин» (Казань) поддерживает телевизионный интернет-канал «Рубин TV»; учредителем журнала «Спорт Мытищи» является Московский Областной Общественный «Благотворительный фонд развития физкультуры и спорта» и т.д. Соответственно, такие СМИ в наибольшей степени подвержены управлению.

Таким образом доказано, что иерархичность является одним из важных формальных признаков в спортивной медиакоммуникации наряду с целостностью, структуризацией и множественностью. Иерархичность определяет не только порядок в подчинении между субъектами, но порядок в их отношениях в рамках выделенных здесь уровней (подуровней).

В целом же, можно сделать вывод: благодаря своим формальным признакам спортивная коммуникация предстает перед нами как целостная система, где ведущими компонентами являются создающиеся в системе среда (сфера) деятельности; объекты, субъекты, входящие в нее и их непосредственная деятельность; а также процессы, раскрывающие особенности формирования и развития самой системы. Спортивная коммуникация имеет четкую структуру, строящуюся на таких поликомпонентов, как организация системы, субъекты (участники) и процесс взаимодействия. Однако сама эта структура отличается неустойчивостью в классификации, малоизученностью стадий и уровней коммуникативного процесса, отсутствием четких границ между внешней и внутренней структурой. Такой признак, как множественность, показывает, какие системные модели могут образовываться. При этом доказывается, что в одной и той же системе (в нашем случае - спортивной медиакоммуникации) могут существовать сразу несколько типов моделей, но всегда наблюдается подразделение на главные и второстепенные модели. В то же время иерархичность в рассматриваемой коммуникации строится на таком элементе, как «управление», который способствует упорядоченности действий субъектов, в зависимости от их ранга, статуса и возможностей. В свою очередь, иерархичность уровней в системе позволяет, с одной стороны, ставить перед ней выполнение различных целей и задач, а с другой - контролировать процесс деятельности каждого входящего в спортивную медиакоммуникацию института, «разбивая» в нем подсистемные уровни взаимодействия (высшие, средние, нижние).

1.3.

<< | >>
Источник: Войтик Евгения Анатольевна. СПОРТИВНАЯ МЕДИАКОММУНИКАЦИЯ В РОССИИ: ЭВОЛЮЦИЯ И СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ. Диссертация, СПбГУ.. 2014

Еще по теме Спортивная медиакоммуникация: формальные признаки, структура, функционирование, методология:

  1. Войтик Евгения Анатольевна. СПОРТИВНАЯ МЕДИАКОММУНИКАЦИЯ В РОССИИ: ЭВОЛЮЦИЯ И СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ. Диссертация, СПбГУ., 2014
  2. КОЛЕСОВ Александр Семенович. ФИНАНСОВАЯ ПОЛИТИКА ГОСУДАРСТВА: МЕТОДОЛОГИЯ ОЦЕНКИ И ПОВЫШЕНИЯ РЕЗУЛЬТАТИВНОСТИ. Диссертация. СПбГУ, 2014
  3. Тройнина Татьяна Витальевна. Массмедиа и трансформирующаяся политическая система: особенности функционирования и взаимодействия (на примере ОАЭ). Диссертация, СПбГУ., 2014
  4. МАТОНИН ВАСИЛИЙ НИКОЛАЕВИЧ. СОЦИОКУЛЬТУРНОЕ ПРОСТРАНСТВО СЕВЕРНОЙ ДЕРЕВНИ: СТРУКТУРА, СЕМАНТИКА, ГЕНЕЗИС. Диссертация, СПбГУ., 2015
  5. Извеков Аркадий Игоревич. ИНТРОЕКЦИЯ ПРОТИВОРЕЧИЙ КРИЗИСА КУЛЬТУРЫ В СТРУКТУРУ ЛИЧНОСТИ. Диссертация, 2015
  6. Гигаури Давид Ираклиевич. ПОЛИТИЧЕСКИЙ МИФ И РИТУАЛ В СТРУКТУРЕ СОВРЕМЕННОЙ СИМВОЛИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата политических наук, 2016
  7. БУРЯК Мария Анатольевна. Сегмент коммуникационных агентств в медиасфере современной России . ДИССЕРТАЦИЯ., 2014
  8. Бакулева Карина Камелевна. КОГНИТИВНЫЕ АСПЕКТЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПОВЕДЕНИЯ ИЗБИРАТЕЛЕЙ. Диссертация., 2015
  9. Чернега Артем Андреевич. СОЦИАЛЬНОЕ КОНСТРУИРОВАНИЕ ТУРИСТИЧЕСКИХ ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТЕЙ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ МАЛЫХ ГОРОДОВ РОССИИ. Диссертация на соискание ученой степени, 2016
  10. ПАНКИНА Марина Владимировна. ФЕНОМЕН ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ДИЗАЙНА: КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ. Диссертация на соискание ученой степени доктора культурологии, 2016
  11. КАРПОВА Дарья Николаевна. РИСКИ НЕПРЕРЫВНОЙ ОНЛАЙН-КОММУНИКАЦИИ: ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ИЗУЧЕНИЮ. Диссертация на соискание степени кандидата социологических наук., 2016
  12. Мильбрет Алина Александровна. ПРИВЛЕКАТЕЛЬНОСТЬ / НЕПРИВЛЕКАТЕЛЬНОСТЬ ВНЕШНЕГО ОБЛИКА ЧЕЛОВЕКА В РУССКОЙ ЛИНГВОКУЛЬТУРЕ. Диссертация, СПбГУ., 2014
  13. Моженко Олеся Валериевна. Развитие финансовых механизмов обеспечения конкурентоспособности вуза в условиях глобализации. (Диссертация. Мурманский государственный технический университет.), 2014
  14. Векшина Наталия Михайловна. МИССИОНЕРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В СИБИРИ И НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В. Диссертация. СПбГУ., 2014
  15. Протопопов Иван Алексеевич. ПОНЯТИЕ НИЧТО И ПРИНЦИП НЕГАТИВНОСТИ В ГЕГЕЛЕВСКОМ АБСОЛЮТНОМ ИДЕАЛИЗМЕ. (Диссертация, Санкт-Петербургский государственный университет аэрокосмического приборостроения.), 2014
  16. ГРИГОРЬЕВА АНАСТАСИЯ СЕРГЕЕВНА. НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО РОССИИ И ГЕРМАНИИ (ОПЫТ РАСПРОСТРАНЕНИЯ ТЕХНОЛОГИИ РАДИОЧАСТОТНОЙ ИДЕНТИФИКАЦИИ). Диссертация, СПбГУ., 2014
  17. Статья 84. Президент Республики Беларусь:
  18. КОНСТИТУЦИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 1994 ГОДА,
  19. *В соответствии со статьей 1 Закона Республики Беларусь «О порядке вступления в силу Конституции Республики Беларусь» вступила в силу со дня ее опубликования.
  20. РАЗДЕЛ І ОСНОВЫ КОНСТИТУЦИОННОГО СТРОЯ